На фоне продолжающейся дискуссии по поводу коррекции на рынке | Кримсон Дайджест

На фоне продолжающейся дискуссии по поводу коррекции на рынке акций периодически приходится читать в почте про «да ну нафиг ваши дивиденды и золото, лучше БЕЗ РИСКОВ брать свои 16% в облигациях (флоутерах), депозитах или фондах денежного рынка». Причём «логика» следующая: главный риск — это то, что ЦБ будет держать ставку высоко очень долго или ещё поднимет, инфляция останется надолго, соответственно, самое надёжное в плане купирования такого риска — это короткие депозиты, флоутеры, фонды денежного рынка. Окей... Давайте поговорим о рисках.

В который раз убеждаюсь, что едва ли не каждый участник рынка живёт в своей собственной России, особенно в плане понимания рисков родной страны. Должен признаться, что люди, которые искренне считают, что главный риск российской экономики — это «будет ставка 17% ещё три года» и, следовательно, «надо переложиться в депозиты, флоутеры, LQDT», потому что на дивидендах получится заработать аж на 5–7% меньше», вызывают у меня лютейшую зависть. Им легко жить. Их вера в политический вес Э. Набиуллиной и рациональность российской бюджетной и денежно-кредитной политики (даже если они сами ненавидят Путина и бухтят на ЦБ) сильна как ураган и тверда как скала. З — зависть.

Ваш покорный слуга с удовольствием примет на себя риск «недозаработать» на дивидендах, потому что на мой вкус главный российский риск (примерно с XIX века на самом деле, но сейчас особенно) — это «риск Турции», о котором говорил Путин. Шансы на реализацию — на глаз — всего 5%, но зато последствия такие, что многие (в случае реализации) костей не соберут. Вы уверены, что если у нас будет продолжаться разгон бюджетного импульса (интересы страны потребуют, например), с последующим разгоном инфляции, что Набиуллина получит политический мандат на урезание «почти под ноль» частного спроса в экономике и введение ставки 25% или 35%, если это потребуется? Я не уверен. А если мы влетаем в «турецкий» сценарий, то возникает целая серия интересных вопросов.

Предположим, «турецкий риск» реализовался. Вам в этом сценарии сильно помогут флоутеры? Ну будут платить они 40% при инфляции 70% (условно). Дальше что?

Метафора будет понятна не всем, но всё-таки предлагаю подумать: ради дополнительной доходности в 5–7% по сравнению с хорошими дивидендными бумагами (или плюс ~11% по сравнению с CNH/золотыми бондами без учёта валютных рисков) держатели рублёвых облигаций (и вообще любых долговых инструментов) фактически встают в позицию "шорт пут" на «стабильность экономической политики России». Это в моей европейской молодости называли «трейдом Курта Кобейна». Это когда ты несколько лет — звезда рок-н-ролла, но потенциально мозги в виде спрея на стене.

С фондами денежного рынка — сейм щит. Возьмите график межбанковских кредитных ставок в лирах в Турции. Возьмите график инфляции в Турции. Помедитируйте, что будет с реальной покупательной способностью рублей, загнанных в фонды денежного рынка, при дельте между «межбанком» и инфляцией процентов эдак 30% (для начала).

Я знаю традиционный контраргумент: «ну, если такое начнётся, то я переложусь в валюту, конечно, или ещё куда-нибудь». Да, 100%. Причём имплицитно подразумевается, что каждый такой шустрый перекладыватель заметит эту ситуацию в гордом одиночестве и выйдет из позиции в гордом одиночестве и по хорошей цене, ведь так получается? Как бы не получилось на практике, что выходить будут все одновременно. Я уже даже не хочу спрашивать о том, где эти шустрые перекладыватели найдут (в случае очевидной для всех реализации «турецкого риска») покупателей на свои флоутеры и фонды денежного рынка и по какой цене эти покупатели будут готовы брать эти инструменты у выходящих из позиций любителей «низкого риска».

Парадоксальным (на самом деле нет) образом акции в таких ситуациях ведут себя хорошо, желающие могут посмотреть график, например, TUR — это долларовый (!) ETF на турецкие бумаги как раз за период недавней сверхвысокой инфляции.

Никого не убеждаю. Ни на чём не настаиваю. Это точно НЕ инвестиционная рекомендация. Каждый сам решает, какие риски ему нести.