Право на деньги

Как обещал, делюсь записью вебинара, посвященного регулированию цифровых финансовых активов, и спасибо коллегам за организацию и хорошие вопросы

22 сентября специально для членов Ассоциации юристов цифровых технологий мы провели вебинар на тему: «Цифровые финансовые активы: что, где и как».

Спикерами были:
Олег Ушаков - основатель юридического бюро «Sagrada Legal» и ex-советник АБ ЕПАМ и Банка России, а также Екатерина Ягодзинская - юрист юридического бюро «Sagrada Legal».

Коллеги рассказали каким законом регулируются сделки с цифровыми финансовыми активами в России, что такое ЦФА, какую ценность принесут ЦФА для экономики, как технически совершается сделка по приобретению и продаже ЦФА (спойлер - никто не составляет бумажный договор).

С согласия коллег, мы размещаем запись в публичном доступе, которую вы можете получить по ссылке:




Рекомендуем посмотреть запись до конца и послушать мнение спикеров о нюансах в российского регулирования и использовании ЦФА.

Если вы интересуетесь регулированием ценных бумаг, ЦФА и метавселенных, то можем порекомендовать подписаться на Telegram-канал «Право на деньги»: https://t.me/finance_and_pravo, в котором Олег Ушаков размещает новости, мнения и статьи коллег, которые занимаются правовыми вопросами регулирования криптовалют, метавселенных и технологии блокчейн.

Sagrada Legal

Времена не выбирают. Само время диктует необходимость сложных выборов. Я продолжаю двигаться в том направлении, которое выбрал, покинув Банк России в июле этого года. Пришло время рассказать о своем новом проекте.

Дамы и господа, прошу приветствовать новое российское юридическое бюро Sagrada Legal. Сегодня мы с коллегами завершили работу над русскоязычной версией сайта, и я рад также его презентовать: http://sagrada-legal.com. На сайте вы найдете описание услуг компании, а также мою персональную страницу.

Sagrada Legal – ваш надежный юридический партнер в эпоху перемен; компания, сочетающая фундаментальный опыт и инновации.

Sagrada Legal – первое юридическое бюро в российской метавселенной. Что это значит – буду рассказывать в последующих постах.

Сейчас я в Новосибирске, на Siblegal week. На неделе предстоит Тула с конференцией по ESG и проектному финансированию, а еще я в ближайшее время выложу запись с недавнего вебинара по цифровым финансовым активам. И, конечно, предстоит много работы.

Но и это еще не все. Название фирмы вдохновлено знаменитым барселонским собором Sagrada Familia. В Барселоне мой друг и партнер Левон Григорян открыл свою юридическую фирму, GK Group legal (https://gkgrouplegal.com), где я в качестве Of Counsel имею честь представлять восточно-европейский блок. Помимо Барселоны, компания представлена в Сарагосе и Ереване.

Будем на связи. Если кому-то нужна поддержка/встреча в Москве, я, по мере своих сил и возможностей, открыт.

На форуме меня спросили - каковы перспективы у рынка цифровых финансовых активов (ЦФА)?

Специалисты считают, что его емкость - более триллиона рублей.

Читайте отличную аналитику по ЦФА, Сергей Рябов опубликовал статью на ресурсе finversia:

https://www.finversia.ru/publication/experts/tsfa-dlya-investora-odin-instrument-neogranichennye-vozmozhnosti-118972

Про метавселенную

Вчера вернулся с Воронежского юридического форума мастеров, где у меня было 2 выступления по теме метавселенных и цифровых активов. Неделей ранее удалось посетить крипто-саммит, в рамках которого коллеги-криптоманы обсуждали схожие темы.

Основная мысль, которой я хотел бы поделиться: метавселенная сейчас — это продолжение нашей реальности, а значит данное пространство способно дать гораздо больше, чем просто игры. Хотите попутешествовать по своему будущему дому, строительство которого еще только согласовано? Теперь это возможно. В будущем, я уверен, можно будет тут же и квартирку приобрести. Но даже сейчас, в рамках действующего законодательства – только представьте, какой это может быть мощный маркетинг для сделок с ЦФА, NFT или другими цифровыми активами и инструментами.

Посмотрите видео – в нем есть немного про то, что могут делать юридические фирмы в метавселенных:

Проектное финансирование с лимитированным гос бюджетом

Обратил внимание на 2 статьи, написанные ведущими бизнес-изданиями по мотивам того, что обсуждается на Восточном экономическом форуме.

РБК пишет о том, что глава ВЭБ.РФ призвал инвесторов "брать столько риска, сколько можно унести", и при этом, как указано в статье, "с ответственностью отнестись к новой системе распределения рисков" (www.rbc.ru/business/07/09/2022/6317f7879a7947f794e1a081?from=from_main_8).

Ведомости вышли с заголовком "Минфин и ЦБ рекомендовали финансировать трансформацию экономики за счет частного капитала" и подзаголовком "Опора на бюджетные инвестиции может привести к росту налогов и быстрому исчерпанию ФНБ".

Все идет к тому, что инфраструктура будет финансироваться в том числе за счет фондового рынка, и при этом инвестору будет необходимо ответственно и внимательно просчитывать свои риски. Вероятно, появятся сделки с использованием СОПФов (специализированных обществ проектного финансирования). С удовольствием понимаю, что очень вовремя выпустил свою статью "Простые истины проектного финансирования", в которой говорится ровно об этом (www.bosfera.ru/bo/prostye-istiny-proektnogo-finansirovaniya?ysclid=l7j3r8ypq042338521).

Все эти темы мы также обсудим на представительном Яснополянском форуме 6-го октября, где мне выпала честь быть одним из спикеров.

Так что пора засучить рукава, и работаем :)

В продолжение темы поддержки предпринимательства меня попросили рассказать про Фабрику проектного финансирования, в разработке которой мне несколько лет назад довелось принимать участие.

Если коротко, то суть заключается в следующем. Проектной компании, специально созданной для реализации инвестиционного проекта, может быть предоставлен синдицированный займ с фиксированной или захеджированной процентной ставкой. Для участия в программе Фабрики заемщик должен пройти отбор со стороны ВЭБ.РФ; при этом он должен соответствовать критериям, указанным в пунктах 8 и 9 Программы, утвержденной ПП РФ от 15.02.2018 № 158.

Инвестиционный проект должен соответствовать следующим критериям:

- реализуется на территории РФ и на основании проектного финансирования;

- полная стоимость проекта – не менее 3 млрд. рублей (без учета процентов по кредитам (займам);

- в течение всего периода инвестиционной фазы (до наступления фазы эксплуатации) не более 80 процентов полной стоимости инвестиционного проекта (без учета процентов по кредитам (займам) финансируется за счет заемных средств, доля собственных средств, направляемых заемщиком на цели реализации инвестиционного проекта, составляет не менее 20 процентов полной стоимости инвестиционного проекта (без учета процентов по кредитам (займам). В течение всего периода фазы эксплуатации соотношение доли заемных и собственных средств, направленных на цели реализации инвестиционного проекта, может составлять не более 90 процентов и не менее 10 процентов соответственно от полной стоимости инвестиционного проекта (без учета процентов по кредитам (займам) при условии достижения заемщиком показателей по проекту, утвержденных планом реализации инвестиционного проекта;

- срок финансирования – до 20 лет;

- срок окупаемости – до 30 лет;

- проект реализуется в одной из приоритетных отраслей, к которым, в частности, относятся обрабатывающая промышленность, инфраструктура, строительство, связь, сельское хозяйство, сбор, обработка и утилизация отходов, экологический сектор экономики, экология производства, создание экологически безопасной и комфортной среды и др.

Синдицированный кредит выдается несколькими траншами. Транши А и Б являются обязательными. Транш А выдается специализированным обществом проектного финансирования (СОПФ), являющимcя «дочкой» ВЭБа или самим ВЭБом (но с последующей уступкой прав требования на СОПФ). Транш Б – ВЭБ.РФ и коммерческими банками. Средства для кредитования СОПФ привлекает с фондового рынка, выпуская облигации, обеспеченные залогом прав требования по займам, выданным проектным компаниям, а также государственной гарантией. В интересах инвесторов ВЭБ.РФ также гарантирует выкуп дефолтных займов с баланса СОПФ.

Банк России в своем августовском документе о задачах финансового рынка в качестве одной из задач поставил создание механизмов повышения информированности граждан о возможностях их участия в развитии российской экономики через вложения в акции и облигации российских компаний.

Также говорится о необходимости выстраивания комплексной консалтинговой инфраструктуры для эмитентов.

По собственной инициативе начну выполнять данные задачи с рассказа о некоторых возможностях, которые есть у компаний малого и среднего бизнеса при выпуске ценных бумаг.

Мало кто знает, но оказывается, что субъекты малого и среднего бизнеса, прежде всего, из приоритетных отраслей, имеют право на получение субсидии в целях компенсации части затрат на организацию выпуска акций и облигаций, а также выплате купонного дохода по облигациям, размещенным на фондовой бирже (см. ПП РФ от 30.04.2019 № 532).

Приоритетные отрасли – сельское хозяйство, обрабатывающее производство, туризм, IT, строительство и некоторые другие.

Для получения субсидии необходимо подать документы в Минэкономразвития до 1 октября. Еще время есть   Может быть неплохой стимул для привлечения финансирования именно через ценные бумаги, а не стандартный кредит.

https://t.me/finance_and_pravo

Организаторы согласовали, что могу направить несколько приглашений. За подробностями в личку :)

Новая эра секьюритизации

Сегодня состоялся очень интересный разговор, который вдохновил меня  написать эту небольшую заметку.

Одна из основных идей стандартной модели секьюритизации – обособление (продажа) пула активов на SPV с целью возможности повышения качества выпускаемых облигаций по сравнению с тем, как если бы они выпускались с баланса оригинатора (инициатора сделки). Выплаты по облигациям идут за счет поступлений по пулу.

По мере развития децентрализованных финансов (DeFi), основным содержанием которых являются протоколы смарт-контрактов, возможно появление новой модели секьюритизации.

Отбирается пул кредитов, платежи по которым, в силу настройки смарт-контрактов и «окрашенного» характера денежных средств (например, цифровой валюты центрального банка) могут идти только на обслуживание облигаций (оригинатор не может никоим образом использовать поступающие денежные средства; в силу настройки алгоритмов они идут исключительно на погашение купона/номинала облигаций). Облигации формально выпускаются с баланса оригинатора, однако обеспечивающий их пул и соответствующий смарт-контракт могут «жить» и после возможного банкротства оригинатора. Иными словами, новейшие технологии потенциально могут обеспечить обособление пула секьюритизируемых активов без его продажи на SPV.

Для этих целей, правда, необходимо будет поправить законодательство.

Друзья,

сегодня хочу рассказать о своем друге, блестящем испанском адвокате, имеющем армянские корни, Левоне Григоряне.

Наши пути пересеклись, когда я работал в адвокатском бюро ЕПАМ, одной из крупнейших юридических фирм в России. Левон в то время занимал старшие позиции в одной из сильнейших юрфирм в Испании, Cuatrecasas, и его, по договоренности между партнерами, направили к нам на secondment (распространенная в юридическом мире практика, когда компания одной юрисдикции предоставляет возможность сотруднику фирмы из другой юрисдикции получить опыт практической работы). Волею судьбы Левон попал в мою практику, занимающуюся, как и он, банковским и финансовым правом, рынками капиталов, а также проектным финансированием.

Мы отлично сработались И уже после завершения «стажировки» Левона мы продолжали поддерживать дружеские отношения.

Вспоминаю также февраль 2020 года, предковидные времена. Про ковид в Китае уже ходили слухи, но границы были открыты. Мы с коллегами решили поехать на полумарафон в Барселону. И, конечно, пользуясь случаем заглянули в офис Cuatrecasas, повидали Левона. В Барселоне было классно, тепло и весело

Этим летом мы тусили уже на исторической родине Левона, в солнечном Ереване. Слушали джаз и играли в шахматы )) Немного ранее того Левон решился на смелый шаг – он покинул юридического гиганта для того, чтобы открыть свое дело. Продолжение следует…

Новые задачи финансового рынка (часть 2)

Ну и чтобы далеко не отходить от темы сразу выскажусь о том, что еще меня лично зацепило во вчерашнем документе регулятора (www.cbr.ru/Content/Document/File/139354/financial_market_20220804.pdf).

1. Акцент на защите неквалифицированного розничного инвестора.

В перечень инструментов, доступных только квалифицированным инвесторам, планируется включить иностранные финансовые инструменты, ценные бумаги, размер выплат по которым зависит от наступления или ненаступления обстоятельств, внебиржевые производные финансовые инструменты, за исключением удовлетворяющих определенным критериям.

Кроме того, планируется ужесточить требования для получения статуса квалифицированного инвестора, а также распространить действие данного статуса на все инструменты (сейчас квалификация происходит по отдельным инструментам, что, конечно, неудобно).

2. Несмотря ни на что, остается актуальной ESG-повестка.

В документе ЦБ отмечается, что необходимо развитие инструментов финансирования проектов в области новой энергетики, декарбонизации и адаптации к изменению климата, защиты окружающей среды, решения социальных вопросов, обеспечения технологического суверенитета и модернизации экономики. Также, в частности, планируется:

- развитие подходов к регулированию деятельности по верификации инструментов финансирования устойчивого развития;

- дальнейшее внедрение вопросов устойчивого развития и учета ESG-факторов в корпоративное управление ПАО;

- развивать подходы к раскрытию информации об устойчивом развитии как публичными акционерными обществами, так и финансовыми организациями с учетом изменившихся условий.

Кроме того, отмечается важность развития национальной системы углеродного регулирования и системы биржевой торговли углеродными единицами с привлечением клиринговой инфраструктуры для целей обеспечения расчетов по модели «поставка против платежа» (DVP).

3. Подчеркивается актуальность разработки подходов к экосистемному бизнесу. За основу будет взят принцип пропорциональности, т.е. будет учитываться размер платформы/экосистемы и потенциальных рисков от их деятельности (больше требований для более крупных игроков).

Финансовый рынок: новые задачи в современных условиях

Банк России опубликовал сегодня важный доклад о перспективах развития финансового рынка в ближайшее время (www.cbr.ru/Content/Document/File/139354/financial_market_20220804.pdf). Документ вынесен на общественное обсуждение до 1 сентября текущего года.

Тем в докладе много. Думаю, посвятить ему несколько постов. Начну с того, что зацепило лично меня более всего.

1. Рынок капитала, несмотря на испытанные шоки, по-прежнему рассматривается как важный источник финансирования бизнеса. Предполагается внедрение инструментов поддержки размещения классических акций и облигаций, в том числе предоставление гарантий со стороны государства и институтов развития, программы поддержки по выходу на рынок ценных бумаг для компаний, осуществляющих деятельность в перспективных отраслях, а также налоговые льготы инвесторам. О том, какие меры поддержки есть уже сейчас, я также планирую писать в своем блоге.

2. Планируется выстраивание комплексной консалтинговой инфраструктуры для эмитентов. Такой консалтинг также может включать анализ индивидуальных барьеров и подходов для их устранения на пути к публичному статусу, в том числе для крупных компаний.

Учитывая мое возвращение после ЦБ на ниву консалтинга, отрадно узнать о таких планах регулятора. Думаю, здесь будет, что предложить эмитентам, учитывая накопленный богатый опыт.

3. В области цифровых инноваций планируется продолжить работы по созданию благоприятных условий для развития ЦФА и УЦП. В частности, планируется разработать правовой механизм участия традиционной торгово-расчетной инфраструктуры в обращении цифровых прав, что обеспечит условия для формирования справедливой цены данных инструментов. При этом внебиржевой оборот цифровых прав сможет осуществляться с использованием механизмов, позволяющих гарантировать расчеты («поставка против платежа»). Об этом механизме я писал в предыдущем посте.

4. Повышается роль государственных институтов развития. Привлечение кредитных ресурсов банковского сектора для финансирования приоритетных проектов возможно, в частности, посредством предоставления банкам государственных гарантий и поручительств институтов развития или выпуска облигаций, обеспеченных такими гарантиями и поручительствами.

Проекты, которые в силу низкой окупаемости не могут конкурировать за получение банковского финансирования с учетом госгарантий, но имеют стратегическое значение для экономики, должны, по мнению Банка России, субсидироваться и (или) софинансироваться за счет прямых инвестиций государственных институтов развития.

Для этих целей планируется предусмотреть «автоматические» механизмы докапитализации институтов развития за счет бюджета.

По моем мнению, в данном случае имеет смысл дополнительно оценить антикризисный потенциал инструментов секьюритизации, а также проектного финансирования без господдержки.

5. Планируется пересмотр подходов к работе негосударственных пенсионных фондов. Будет рассмотрен вопрос о расширении инвестиционных возможностей НПФ за счет отмены части требований к составу и структуре их инвестиционных портфелей (кроме концентрационных лимитов и единого лимита на активы с дополнительным уровнем риска, который может быть расширен). Также может быть изменена настройка системы вознаграждения НПФов, что позволит дополнительно стимулировать их к увеличению доходов клиентов, если постоянная часть вознаграждения НПФ будет покрывать преимущественно их постоянные издержки, тогда как бонусы и дивиденды НПФ будут формироваться за счет переменной части вознаграждения, взимаемой с части их дохода, превышающей определенный бенчмарк (например, инфляцию).

6. Предлагается проработать создание финансовых продуктов для формирования долгосрочных сбережений, дополняющих продукты НПФ

Про последние поправки в закон о ЦФА

В СМИ широко обсуждалась новость о запрете использования цифровых прав (как цифровых финансовых активов, так и утилитарных цифровых прав) в качестве встречного предоставления.

И действительно, закон от 14 июля 2022 года № 331-ФЗ установил такой запрет (с некоторыми исключениями). Идея законодателя в том, чтобы цифровые права не становились валютой, ну и не конкурировали тем самым с рублем (необязательно цифровым  ).

Меньше говорят о том, что в недрах Правительства готовится законопроект, который устанавливает административную ответственность за нарушение данных норм. Думаю, его принятие неизбежно: если есть запрет, должны быть и последствия его нарушения.

Чем еще интересен 331-й закон?

Им устанавливается понятие «оператора электронной платформы». По сути, это более общий термин для 3-х операторов – операторов фин платформ (маркетплейсов), а также для операторов по выпуску и обмену ЦФА. Законодатель тем самым решает проблему «поставки против платежа» (поставка есть – где деньги?). Теперь денежные средства должны заранее «заводиться» на номинальный счет оператора и контролируемо списываться им, в предусмотренных случаях. Данная функция оператора электронной платформы в чем-то напоминает функционал биржевого центрального контрагента.

Какой будет следующий этап по реформированию отрасли? В прошлом посте я писал об одной из первых попыток представить концепцию регулирования цифровых прав в России, представленную ЦСР. Некоторые выводы доклада являются спорными. Каким же будет мнение регулятора? Поживем-увидим.

О цифровых правах и ценных бумагах. Приглашение к дискуссии

"Ведомости" на днях опубликовали статью под названием "ЦСР предлагает приравнять цифровые права к ценным бумагам" (https://www.vedomosti.ru/finance/articles/2022/07/29/933582-tssr-priravnyat-tsifrovie-prava).

Меня, безусловно, заинтересовал доклад Центра стратегических разработок (https://www.csr.ru/ru/publications/tssr-vypuskaet-doklad-virtualnye-aktivy-tokenizatsiya-i-emissiya-tokenov/). О проблеме регуляторного арбитража между ценными бумагами и цифровыми финансовыми активами я уже ранее писал на Финаме: https://www.finam.ru/publications/item/regulirovanie-cfa-neskolko-podskazok-zakonodatelyu-20220518-090842/.

Сегодня же хочу немного подискутировать с парой тезисов, обозначенных в ЦСРовском докладе. Да, соглашусь, подходы к защите инвесторов по финансовым инструментам должны быть едиными. И все же, пусть даже несовершенное законодательство о цифровых правах, дает некоторую гибкость по сравнению с ценными бумагами, от которой рынку не стоит просто так отказываться. 

В докладе ЦСР указывается: "Предлагаемый перечень прав, репрезентируемых цифровые финансовые активы, не охватывает часть инвестиционных токенов, распространенных на рынке криптоактивов. Например, среди криптоактивов можно встретить коллективные схемы инвестирования, в частности, предлагаются токенизированные REIT, где прибыль инвесторов ставится в зависимость от прибыльности приобретенной на инвестиции недвижимости. Другие примеры — деривативы, токены DAO и т.д."

Мысль во многом справедливая, но даже через ЦФА в виде денежного требования можно сделать инструмент, который будет предполагать распределение прибыли с проекта без вхождения в капитал организации, а гибридные ЦФА, включающие в себя различные инструменты, могут стать своего рода аналогами коллективных инвестиций.

Второй тезис из доклада ЦСР: "Из текста закона следует, что неготовые токены вообще не могут быть утилитарными цифровыми правами. Ч. 6 ст. 8 ФЗ об инвестиционных платформах устанавливает правило, которое представляет наибольший для нас интерес в рамках текущего исследования: «изменение содержания и (или) условий осуществления утилитарных цифровых прав после начала срока действия инвестиционного предложения о приобретении этих утилитарных цифровых прав не допускается». У этой нормы может быть два толкования. Первое — в России нельзя выпускать «неготовые» утилитарные цифровые права, которые удостоверяют права требования в отношении еще не готового продукта — товара/работы/услуги. Здесь речь идет, прежде всего, о цифровых продуктах. Второе — утилитарное цифровое право может удостоверять права требования в отношении еще не готового продукта, однако при приобретении утилитарного цифрового права эмитент принимает на себя обязательство доделать предполагаемый продукт и не может впоследствии в одностороннем порядке изменить это обязательство. Второе толкование кажется менее вероятным...".

На мой взгляд, основной смысл УЦП как раз в том, чтобы удостоверять права  в том числе на будущие товары, работы, услуги. Если в условиях инвестиционной платформы с самого начала описать порядок предоставления таких будущих товаров/работ/услуг, то, по моему мнению, и изменения "содержания и (или) условий" осуществления УЦП, о которых говорится в законе, не будет.

А вы что думаете, коллеги?