Получи случайную криптовалюту за регистрацию!

Становится уже тенденцией обсуждать, что «если бы сейчас внутр | Евгения Просветова

Становится уже тенденцией обсуждать, что «если бы сейчас внутри государства российского было бы вот так, то мы бы тогда, конечно, и потерпели бы, и сдюжили бы всё – и широкую, ясную грудью дорогу».

Что тут необходимо бы.

Лучших времён, равно как и более лучших, в неидеальном мире разумных экс-приматов тупо не бывает. Ни в одной стране мира. Ни в селе, ни на хуторе, ни в станице, ни в отдельно взятом доме. Как правило, всё совсем напротив: тут только что рвануло, здесь – утонуло, рядом с этим – погибло, вымерло, загнулось и до кучи сгорело самым синим пламенем. Это и есть нормальный ход вещей.

Идеальный правитель? Три ха-ха.
Идеальные бояре? Четыре ха-ха.
Англосаксы затихли и бездеятельно сидят под ковриком? Да не выткан пока ещё тот коврик, под которым они сели бы тихо сидеть, вы чего.

Однако есть у нашей нации одна уникальная особенность. Мы и среди полнейшего фиаско умеем сопротивляться, характер выкован веками и поколениями предков. Современными нашими мозгами и представить нельзя, до какой степени была закушена губа теми нашими пращурами, что сидели под игом. В раздолбанной, раздробленной, выплачивающей дань стране, которая и страной-то толком не была. Сидели, терпели, лелеяли планы, строили, рожали и даже мечтали так, будто всё в порядке. И, что важно, каждым вздохом сопротивлялись.

Некоторые, конечно, нет. Любителей «сделайте мне прям щаз хорошо» в достатке во все времена. Урганты и Слепаковы, Роднянские и этот. Который про Рамамбахара. С гусиной шеей такой, повизгивает всё время, а? Нет, не вспомню. Ну вот этих рамамбахар, короче, обычно как говна за баней. Как украинцы говорят, невдалых. Этакий персонаж типа Феофила Мюнхгаузена. Но не на них базируется национальная основа. Они что – взвизгнули, пукнули, сдёрнули, посидели, просочились обратно, страшно обиженные, а потом – гляди – опять забубнили, как и не было ничего.

В аппаратах президента и правительства (в которых сейчас, судя по сигналам, кто-то держится зубами за угол стола, помалкивая изо всех сил, кто-то смотрит, как повыгодней предать, кто-то – как выкружить из ситуации пользу, а кто-то вламывает на страну) – тоже всё неидеально ни разу. В корпорациях, советах, союзах, ассоциациях и коллективах – та же картина, это ж такой же народ, состоящий из нас. Многонациональных русских.

Сейчас, так уж пошли дела, русская терпелка – это то, что будет более всего востребовано меняющимся миром. Спокойная. Основательная. Без рамамбахар. Нормальная русская уверенность в том, что мы продавим ситуацию под себя. Та, которая позволяет разного рода самоназначенным аристократам со вздохом определять нас как «эх, не тот народ». Вот именно эта наша черта нынче и востребована. Как, впрочем, и всегда. Потому что быстрых изменений не бывает. Бывают только долгие, нудные, мучительные и глухие окольные тропы к цели.

Спокойно работаем, радуемся лету, лопаем черешню, пишем стихи и прозу, читаем книжки, гладим детей по голове, разговариваем с родителями, варим суп и верим в лучшее.

Вон, опять некоторые в обмороке от стотыщного обсуждения возможности нанесения «точечных ядерных ударов». Слушайте, единственное, о чем тут можно жалеть – так это о том, что это очень быстрая история. Смертельной красоты взрыва тупо не успеем увидеть. Но есть и хорошие новости. Это настолько быстро, что нервные окончания не успевают среагировать. Быдыщ! – и ты уже на небесах.

Чего об этом думать-то. Муторно и неконструктивно.

Пусть вон Зеленский думает. У него и пианина для раздумий есть.