Михаил Кожухов: «тот самый мужик с усами»

Новое интервью – приятного просмотра! )

Я пробивал поездку в Северную Корею три года - через МИД, коммунистов, разве что только не через чёрта лысого. И это удалось - незадолго до смерти Ким Чен Ира. Не исключено, он и принимал решение. «Как вам разрешили?!», - выбежал к нам с выпученными глазами начальник охраны Мавзолея.

Душа ушла в пятки, когда зоркий глаз стража границы разглядел на моем «никоне» надпись «GPS», о которой я даже не подозревал. Получить первым за несколько десятилетий разрешение на съемки в Северной Корее, но остаться без снимков?! Жалостное выражение лица и помощь встречающих сделали свое дело: погрозив пальцем, таможенник вернул фотоаппарат. И мечта идиота, которая не давала покоя все последние годы, сбылась. Через несколько часов, стоя на одной из площадей Пхеньяна, я сказал в камеру: «Я в Северной Корее, здравствуйте!»

В этом году вернулся – вместе с группой Клуба. Изменилось ли что-то? Ответы – в нашем новом выпуске на YouTube.

#интервью #севернаякорея

Михаил Кожухов

Есть блюда, которые я не хотел пробовать и не захочу никогда. Это я понял, когда встретился с масаями в Танзании — теми самыми, которых мы видим в красных накидках, прыгающих с палками. Я быстро сообразил, что это туристическая разводка, и сказал: «Хочу настоящих масаев». — «Поехали».

Я попал в какую-то очень грязную деревню, нетрадиционную, с обычными домами, где люди какого-то бомжеватого вида — в рваных и грязных шортах, а вовсе не в красивых красных тряпках. Они уже не прыгают, живут своей жизнью.

И вот мы куда-то отошли, они прямо с палки сделали лук, пробили корове вену. Взяли грязную бутылку из-под «Пепси», собрали кровь, замазали её грязью, потом надоили немного молока, нашли палку — по-моему, тоже в помёте испачканную — перемешали эти кровавые сопли с молоком и протянули: «На, брат, пей наше масайское блюдо».

Я сказал: «Нет, брат, со всем уважением, но я не хочу провести полтора месяца в инфекционном госпитале. Пей сам». Они с удовольствием выпили.

Такое, кстати, есть у многих северных народов — кровь оленя пьют, в таких полуритуальных, полутрадиционных целях.

Остальное — ну, каких-то уж совсем легендарных вещей вроде «мозга живой обезьяны» я не видел. Интересовался — не попадалось.

А вот о том, какие блюда я бы попробовал и даже назвал бы среди любимых, рассказал в подкасте Kitchen Ceremony, который можно послушать тут.

#интервью

Михаил Кожухов

Гватемала — это, наверное, самое яркое свидетельство того, что есть в Латинской Америке: концентрат религиозного синкретизма.

Вспоминаю одну деревушку — не помню, как называется, — где стоит очень старый собор. А в центре зала — то, что по-русски называется капище: там курицам отрезают головы по каким-то древним обычаям. Им туда прислали нового настоятеля из Рима, который сказал: «Так, вот это уберите». А ему ответили: «Чемодан — вокзал — Рим. Мы здесь головы рубили и будем рубить». А в другом храме — дверца, и там шаман принимает.

Это произошло повсюду в Латинской Америке: религиозные верования индейцев, африканских рабов и христиан слились. Это и называется религиозный синкретизм. Ещё несколько историй — в нашем новом выпуске на YouTube.

#гватемала #ютуб

Михаил Кожухов

Почему индейцы в Боливии до сих пор молятся Сатане? Что общего между испанским барокко и джунглями Гватемалы? И зачем русские врезались машиной прямо в холл гостиницы посреди праздника майя?

Михаил Кожухов и Татьяна Пигарева делятся яркими, порой шокирующими историями из своих поездок по Латинской Америке. В этом подкасте — не туристические маршруты, а подлинные впечатления: колониальное наследие, культурный шок, встречи с потомками древних цивилизаций и странные храмы, вызывающие много вопросов.

Смотрите новый выпуск на нашем YouTube-канале!

Всё что вы хотели знать о Латинской Америке